"Как вышитый передник моей матери разворачивается в моей судьбе"

"Как вышитый передник моей матери разворачивается в моей судьбе",
Аршиль Горки, 1944, Нью-Йорк

Картина американского художника армянского происхождения Аршиля Горки (1904-1948) «Как вышитый передник моей матери разворачивается в моей судьбе» сшибла меня с места, как только я вошел в картинную галерею Музея Искусств Сиэтла. Эта картина висит там на входе, слева. Я зашел, повернулся... и как-то даже оторопел. Нечасто произведение искусства как бы насквозь тебя пронзает с первого момента встречи, и ты его тут же абсолютно понимаешь. Такой моментальный контакт произошел между мной и этой картиной Горки.

Горки принадлежал к молодому поколению художников, которые к 1940-ым годам перебрались из Парижа, бывшей столицы мирового искусства, в его новую столицу Нью-Йорк. Повлияло на эту миграцию вступление Франции во Вторую Мировую войну и занятие фашистами Парижа. То была не самая вдохновляющая атмосфера для художников. В Нью-Йорке было куда спокойнее.

Перемена произошла не только в смысле географии творчества. Художественные идеи тоже стали новыми. Во Франции художники активно развивали свой сюрреалистический «словарь». В Америке же на них начал влиять широкий интерес американской публики к психоанализу и изучению подсознательного. Так и родились на стыке сюрреализма и психоанализа Джексон Поллок, Аршиль Горки, Марк Тоби, Ротко и другие. Новое направление художественной деятельности стало называться абстрактный экспрессионизм.

"Девушки с земляникой", фото С. Прокудина-Горского, 1909,
деревня Топорня, Вологодской губернии, Россия

Картина про вышитый передник как раз про это – в ней автор выражает свои глубинные психологические переживания с помощью абстракции. У Аршиля Горки это получилось очень эффектно. Как я уже упоминал, я мгновенно понял о чем картина. Подобно мне Горки родился очень далеко от Северо-Американского континента. Его домом было армянское село Хорком. Тогда оно было еще частью Османской империи. В своей зрелой жизни Горки оказался на другом континенте в совершенно другой культуре. К этому времени Османская империя вообще прекратила свое существование. В Америке, в этом Новом Мире, художник с одной стороны испытал свободу, безопасность, некоторое материальное благополучие, а с другой стороны вдруг понял, что его глубинные детские впечатления никуда не исчезли. Они сидят внутри нас, заставляют нас скорбеть об утраченном и невозвратном прошлом. Эта скорбь во многом начинает определять жизнь, я как эмигрант знаю это по себе. Начинаешь больше интересоваться родной культурой, предпочитать привычную еду, читать знакомые книги, смотреть любимые фильмы, и т.д. Так вышитый передник матери как образ утраченной жизни, начинает разворачиваться в сегодняшней судьбе и влиять на будущее. И это касается не только эмигрантов, но вообще всех, кто расстался со своим детством. Детские воспоминания – это мощный поведенческий и ценностный двигатель, что в сущности и доказывали классики психоанализа.

Нам всем очень повезло, что российский фотограф Сергей Прокудин-Горский оставил после себя такое большое количество качественных цветных изображений давно ушедшей жизни начала 20-го века, этого самого условного «детства». Для Аршиля Горки это было время настоящего детства, ведь он родился в 1904 году. Вот, для примера, знаменитые девочки с земляникой на фото 1909 года. Какие же на них красивые вышитые передники: яркие, разноцветные! Может мама Аршиля Горки носила похожий передник, и тогда неудивительно, что Аршиль решил посвятить ему картину спустя много лет. Моя мама и бабушки носили передники попроще, но я их все равно очень хорошо помню. У девочек с фотографии когда-то родились дети, внуки. Их правнуки живут сейчас в совершенно других странах, может быть в других культурах, климате. Как-то в их жизни разворачиваются пестрые передники их матерей. Как разворачиваются – это неведомо может даже им самим, но как-то обязательно разворачиваются, исподволь, но наверняка влияя на сегодняшний жизненный выбор.

Настенное искусство в хостеле Сиэтла

Стена в хостеле с арт-объектом в технике ассамбляжа

Хостел в Сиэттле, куда я недавно съездил на выходные, порадовал не только супер-дружелюбным обслуживающим персоналом, бесплатными хорошими завтраками и интересной экскурсией по городу (тоже бесплатной). Моя комната в хостеле была настоящим произведением современного искусства. Эта статья украшена изображениями со стен комнаты.

Существует высказывание, которое гласит, что современное искусство должно создаваться на пересечении швейной машинки и зонтика. Если действительно организовать такое пересечение на рабочем столе современного художника, то можно представить себе чудной трехразмерный результат этого пересечения. Они любят создавать новую «сырую реальность» из самых повседневных вещей (например, читайте мой обзор выставки шоколадных оберток в статье «Сладкий абсурд российского художника Ивана Земцова», http://pomyslivden.blogspot.ca/2015/04/blog-post_22.html). В их рисунках, коллажах и трехразмерных объектах слово и образ переплетаются и начинают говорить поэтическим языком, который неожиданно легко понятен, эстетически приятен и как-то душевно уютен. Материал для своего творчества художники находят повсюду и особенно на распродажах старья, на свалках, в мусорных корзинах. Вдохновением им служит литература, кино, театр, танец.

Близкий ракурс настенного арт-объекта

Анонимные создатели настенного искусства в хостеле Сиэттла как будто специально прошли курс по современному искусству перед тем, как приняться за работу. В общем книжном шкафу моей комнаты я обнаружил сборник «Великие детективные истории 19-го века», биографии кино-классиков Акиры Куросавы и Роберто Росселини, двухтомную «Энциклопедию великих композиторов» Мильтона Кросса, семитомную «Историю упадка Римской Империи» Эдварда Гиббона. То есть были там и литература и кино и музыка, не хватало только чего-нибудь про театр и танец. Думаю, в других комнатах такие книги имеются.

Посреди стены висел трехразмерный арт-объект в технике «Ассамбляж», использующий объёмные предметы, скомпонованные на плоскости как на картине. Проживающим в комнате предлагалось оставлять «часть себя» внутри этого объекта. Чаще всего это были пробки от пивных бутылок, но встречались еще монеты, картинки. Чтобы ни у кого не было сомнения в том, что это арт-объект, под ним было написано: «Оставь после себя что-нибудь и ты станешь искусством». (Подробнее про технику ассамбляж и про русский «след» в нем можно почитать здесь https://ru.wikipedia.org/wiki/Ассамбляж_(искусство).

Грибы - важная тема настенного искусства. Их было нарисовано несколько.
Надпись рядом: "Как только ты понял о чем разговор, пора вешать трубку"

На стенах хостела от искусства буквально не осталось живого места – практически вся поверхность была расписана и разрисована гостями комнаты. Потолок был читым, но это наверняка объясняется только тем, что на нем довольно сложно рисовать и писать. Мне показались интересными многие изречения и я их приведу ниже. Афоризмы, или краткая мудрость, которую можно цитировать, являются важным способом выражения мировоззрения современных анонимных путешествующих художников – высказываний было довольно много, и они создают довольно интересную картину современного мышления. Например, меня поразило и порадовало почти полное отсутствие мата или похабщины. Из своего советского прошлого я помню, что стены обычно разрисовывались в туалетах, темами такого туалетного творчества были всяческие ментальные испражнения. Анонимные художники в хостеле Сиэтла же как будто хотели оставить после себя свою лучшую, а не худшую часть. На стенах можно было увидеть довольно длинные цитаты из знаменитой речи Мартина Лютера Кинга «У меня есть мечта», или начало поэмы Эдгара По «Ворон». Поперек стены было размашисто написано «Мы можем изменить мир к лучшему».

Стена у моей кровати

«Люби себя, но не слишком увлекайся!»
«Трудно увидеть звезды, когда включен свет»
«Пустая коляска всегда сильнее гремит»

Касаток вокруг Сиэтла много

«Жизнь – это то, что происходит, когда занят составлением других планов»
«Забавно, как день за днем ничего не меняется, но когда оглядываешься, то все изменилось»
«Мы все мечтаем вылететь из родного гнезда, но все заканчивается тем, что мы бесполезно пытаемся снова вернуться в него»
«Умник сложно говорит о простом, а художник просто говорит о сложном»
«Хорошее настроение может стать источником твоей улыбки, но иногда улыбка может стать источником твоего хорошего настроения»

Книжный шкаф с первоисточниками

Песнь городского неврастеника выращенному дома помидору

Тебе, мой помидор красивый
Шлет неврастеник городской «Спасибо»!
(Таким себя считаю я)
Не думал я о трудности задачи
(а понадеялся я просто на удачу)
На подоконнике растить тебя,
Приняв тебя за кактус из пустыни.

Но ты – не кактус, ты – другой,
Влаголюбивый прихотливый овощ.
Ты требуешь вниманья моего.
Засохнешь ты, не окажи я помощь!

Тебя я поливал струею чистой,
И поворачивал под солнышком лучистым,
Чтоб равномерно разрастался ты.
Я помнил: в парнике у деда моего
Гроздились помидоры будь здоров!
Как семафор: красны, зелены, желты,
Хотя мой дед пил в день три литра пива.

Почил в бозе мой дедушка давно
Не передав того юнцу дурному
(А я не догадался вопрошать),
Когда пью пиво, даже разливное
Под вечер наслаждаяся покоем,
Нельзя ни на минуту забывать
Про помидор, что украшает мне окно.

Расти ж тогда, о сочный плод округлый,
Красней от солнышка назло траве пожухлой.
Ты мне открыл глаза,
Что жил бы я в деревне на природе,
Растил бы огурцы и помидоры,
Где б вилась по стене хмеля лоза,
То не терял бы я душевного покоя.

Но в городе живу я, сплю некрепко,
Дышу несвежим воздухом нередко,
И воду пью не из ручья.
Просторы Интернета мне открыты,
Они – бескрайние, но все это лишь биты,
Свобода виртуальная моя,
Мираж в пустыне, где растет лишь кактус!

Но ты – не кактус, ты – другой,
Влаголюбивый прихотливый овощ,
Ты требуешь вниманья моего,
Засохнешь ты, не окажи я помощь.

А коль забуду, ты напомнишь мне потом,
Что не могу я отключить тебя Контроль-Дилитом!

Пятьдесят оттенков серого: Классический альбом

Говорят, что люди - как музыкальные инструменты.
Их звучание зависит от того, кто и как к ним прикасается

Кто бы мог подумать, что Э.Л. Джеймс, автор нашумевшего эротического бестселлера «Пятьдесят оттенков серого», вдохновлялась при написании своей книги классической музыкой! Однако, именно об этом она сообщает во введении к компакт-диску «Пятьдесят оттенков серого: Классический альбом», который я недавно с удивлением нашел на полке классической музыки в местной библиотеке. Я внимательно прослушал этот диск. Он оказался довольно приятным: знакомые и не очень знакомые мелодии Баха, Верди, Пахельбель, Дебюсси, Шопена, Рахманинова. Никогда не связывал эту музыку с эротикой, но своим введением в музыкальный альбом Э.Л.Джеймс натолкнула меня на одну любопытную в этом отношении мысль, которую я хочу вкратце обсудить в этой статье.

Саму книгу я не читал, но знаю, о чем она. Однажды, когда я услышал первые разговоры о ней, в магазине я взял ее с полки и открыл на первой попавшейся странице. В открытом отрывке некая женщина объясняла, почему ей было приятно быть исстеганной кнутиком в качестве любовной игры. Книгу я тут же закрыл и поставил обратно на полку. Никогда не желал никого бить кнутиком, или самому быть избитым им. Но популярность книги росла, и сейчас это уже без преувеличения культурный феномен, предмет для изучения психологами, сексологами или социологами. О причинах популярности я писать не собираюсь, хотя одна из них мне стала очевидна после прочтения введения в диск «Оттенков». У Э.Л. Джеймс прекрасный литературный язык, она интересно пишет о музыке. Можно представить, насколько она интересно пишет своим хорошим слогом о сексе!

Музыка, представленная на компакт-диске, действительно очень красива и глубоко лирична, хотя на мой вкус несколько затерта своей популярностью. Про себя я подобную музыку уже давно и вне связи с «Оттенками» называю «порно от классики», когда слышу ее на каких-нибудь концертах или дисках. Так я бы назвал несколько ноктюрнов Шопена, прелюдию к опере «Травиата» Верди и некоторые другие дорожки с диска. Однако там же имеется и задумчивая Гольдберг-вариация Баха или адажио из глубоко психологического второго концерта Рахманинова. Наличие этой музыки говорит о том, что не все так просто и очевидно в мире, который создает Э.Л. Джеймс. Есть в нем место не только «красивому» сексу в понимании автора (то есть чресчур искушенным плотским утехам с элементами извращенности), но и психологическим переживаниям.

Что же касается своего вдохновения классической музыкой, то здесь Э.Л. Джеймс обозначила сущность одной очень интересной вещи. Действительно, если смотреть практически на любую человеческую деятельность с некоторого особого угла зрения, то можно увидеть секс буквально во всем. Любая художественная работа, например, в своей классической динамике развивается от описания обстановки, героев через развитие сюжета к кульминационной точке, а затем к развязке. Примерно такой же схемой можно описать и любовную сцену от встречи и до расставания героев. Динамика развития событий будет та же самая. Я вспоминаю, что даже исследователи творчества Льюиса Кэррола смогли увидеть в его «Алисе в Зазеркалье» сексуальные томления автора – с кульминацией во время финального фейерверка. Классическая музыка довольно жестко следует тем же самым композиционным правилам. Поэтому при некоторой отстраненности ее действительно можно назвать чувственной и увидеть в ней вдохновение для создания эротической прозы.

В качестве музыкальной иллюстрации к этой мысли предлагаю послушать знаменитый «Канон ре мажор» Иоганна Пахельбеля, представленный на диске «Пятьдесят оттенков серого». В нем ритмичная более низкая мелодия (иногда исполняемая на виолончели) начинает дополняться высокой мелодией (скрипка). Две мелодии исполняют некий танец страсти, заканчивающийся кульминационной скрипичной мелодией, которая создает ощущение свободного полета в воздухе (https://www.youtube.com/watch?v=8Af372EQLck). В Ютьюбе имеется также часовая и даже трехчасовая версия этого довольно короткого произведения! В длительных версиях музыка сопровождается очень подходящими звуками льющейся воды и пением птичек (https://www.youtube.com/watch?v=CaQzv5nVpac).

Летний кинотеатр: Терминатор с огромным сердцем в фильме "Терминатор: Генезис"

Терминатор учится улыбаться!

Отличная и душевная игра старика Арни оставила самое приятное впечатление от фильма «Терминатор: Генезис». Все-таки несмотря на свою устрашающую внешность, он очевидно прекрасный человек, и это хорошо чувствуется в фильме. Его и на посту губернатора Калифорнии-то критиковали за то, что он работает в интересах своих богатых друзей, а не штата. В американских властных кругах конфликт интересов – страшное обвинение. Наверно сейчас, когда Арни ушел из политики, он наслаждается своим врожденным дружелюбием и добротой. Таков и его Терминатор в последней серии знаменитого блокбастера: добрый, заботливый, надежный, конечно же сильный, с отличным чувством юмора. В общем, прекрасный отец, кого он на самом деле и играет в этой серии: отца Сары Коннор, оставшейся в детстве сиротой после атаки злого Терминатора.

Что касается самой Сары Коннор, то она в этом фильме, по сравнению с первыми двумя сериями, неубедительна. Слишком героиня Эмилии Кларк мила, молода, женственна, слишком у нее пухлые губки и щечки, чтобы быть совершенно несексуальной, худющей, зацикленной на одной идее полуроботом-полуженщиной, которой была героиня Линды Гамильтон. Эмилии Кларк бы играть второстепенную роль в молодежном сериале «Друзья», там глядишь удалось бы создать убедительный образ. Не помогли ей даже здоровенные гранатометы и другое оружие, которым она пол-фильма размахивает. Джей Кортни, ее партнер по Терминатору, тоже не произвел особого впечатления. Да, накаченный торс, рельефный пресс, но человеческий образ создается довольно плоский. Лицо этого парня за весь фильм посещают не более двух-трех эмоций. С таким лицом лучше играть какого-нибудь фонового морпеха в «Годзилле», чем Кайла Риза – переживающего глубокую душевную драму отца будущего спасителя человечества. Несомненно хорош Джейсон Кларк в роли Джона Коннора, спасителя человечества от Скайнета. Этот характерный австралийский актер еще получит своего Оскара в ближайшем будущем.

Что касается сюжета, я так и не понял что к чему там с этими параллельными мирами. Честно говоря, и не пытался понять. Это же самое настоящее летнее кино: с отличными спецэффектами, захватывающим действием, которое прерывается временами добротным юмором. Например, очень смешно звучал заботливый вопрос Терминатора Саре Коннор после ее первой встречи с Кайлом Ризом, предполагаемым отцом ее будущего ребенка: «Вы уже спаривались?» Или еще забавная жалоба коллеге раздасадованного полицейского, который допрашивал Терминатора-Шварценеггера в полицейском участке: «Мне кажется, он говорить-то не умеет!» Глядя на квадратную физиономию старика Арни, действительно, иногда такая мысль приходит в голову!

Относиться всерьез к научно-фантастической стороне истории Терминатора вряд ли можно, хотя знаменитый ученый-инвалид Стивен Хокинг утверждает, что человечеству следует опасаться искусственного интеллекта (согласно фильму – Скайнета). Я думаю, что в данный момент миру больше угрожает терроризм или безответственное размахивание российскими политиками "ядерным чемоданчиком", нежели «Скайнет». Хотя, как говорится, любопытно поиграть с мыслью о том, какие формы завтра примет искусственный интеллект и вживление в человеческий организм всяческих механизмов. Согласно фильму, новым поколением Терминаторов будут биороботы, результат сращивания человека и механизма. Это звучит как фантастика, но сегодня прецедентов уже много, и они будут только увеличиваться: искусственные кости, кожа, кардиостимуляторы, глазные линзы уже вовсю используются в современной медицине. Недалеко время вживления микрочипов – любопытнейшая тема для информационной безопасности и охраны частного пространства. Ну а радиоуправляемые дроны, оружие Скайнета, уже меняют лицо современной войны.

Но вот сейчас будет мой самый главный вывод, который я сделал просмотрев «Терминатора» в кинотеатре. Оказывается, я до сих пор очень сильно ошибался, предпочитая смотреть современные зрелищные фильмы на домашнем телеэкране, нежели в кинотеатре. Да, билеты в кино дорогие, и показ фильма не остановишь, чтобы сходить в туалет. Но если этот современный зрелищный фильм снят в 3D, никакой телевизор не заменит впечатления от его спецэффектов. Их сейчас научились делать потрясающе здорово, и «Терминатор: Генезис» тому отличный пример. Я получил огромное удовольствие от вида всех этих летящих в меня осколков, головокружительных погонь на вертолетах, переворачивающихся в воздухе автобусов, и других трехразмерных спецэффектов. Я их по телевизору не смог бы так оценить, как в кинотеатре, где они временами просто захватывают дух. Между 3D и 2D существует большая разница, и современные режиссеры научились ею отлично пользоваться. Чтобы получить удовольствие от этой разницы стоит ходить в кинотеатры трехразмерного кино.

Улица, на которой я живу...

Начало улицы - красно-кирпичное жилое здание
на месте иммиграционного карантина

...заслуживает отдельного разговора. На ней расположена как минимум одна достопримечательность государственного значения, а также дом, вдохновивший современную канадскую художницу на довольно приятную картину, прекрасный парк, историческое место расположения иммиграционного «карантина» и другие любопытные достопримечательности. Я решил собрать всю эту краеведческую информацию в одну статью – чтобы мне легче было провести вас экскурсией по моей улице, когда вы приедете ко мне в гости.

Улица имени лорда Симко

Улица, на которой я живу, названа в честь британского офицера и первого генерал-губернатора Верхней Канады лорда Джона Грейвза Симко (1752 – 1806). Пост генерал-губернатора сохранился по сей день, только сегодня он относится не к Верхней Канаде (примерно – нынешняя канадская провинция Онтарио), а ко всей Канаде. Генерал-губернатор – это представитель Британской Короны в Канаде. Сегодня этот титул больше номинальный, но раньше от генерал-губернатора зависило многое. Подписание или неподписание им важных правительственных документов было не формальностью, как сегодня, а важным политическим решением, изъявлением Монаршьей воли. Лорд Симко занимал этот пост с 1791 по 1796 год.

Лорд Джон Грейвз Симко,
портрет Джорджа Бертона, 1881

Джон Грейвз Симко был самым настоящем боевым офицером. Под его командованием было осуществлено дерзкое нападение британской армии на американских повстанцев в октябре 1779 года, которое вошло в историю как Рейд Симко. О своем боевом опыте лорд Симко написал впоследствии книгу «A Journal of the Operations of the Queen's Rangers». Он был ранен, но его служба не прошла незамеченной британским королем Георгом Третьим (об этом короле я немного писал в статье «О Джорджах, Александре и Луи», 1). В 1790 году Джон Симко стал лордом и членом Британского Парламента, где он выступал за создание британской конной полиции, а также за нападение Британии на Испанию. Его боевой энтузиазм очевидно был в Великобритании не совсем уместен. Уже через год в 1791 году этот пылкий военный был назначен генерал-губернатором в Канаду и покинул Парламент. В Канаде его пассионарности нашлось гораздо лучшее применение: здесь он успешно разбирался с американскими повстанцами, с воинственными туземцами. В 1796 году лорд Симко подал в отставку в связи с ухудшающимся здоровьем.

За что лорда Симко любят в Канаде, так это за его непримиримую позицию в отношении рабства в его бытность канадским генерал-губернатором. Он верил, что рабство противоречит христианским принципам и британской Конституции. В своей речи к Законодательному Собранию Верхней Канады он сказал: «Как генерал-губернатор Верхней Канады я никогда не подпишу закон, дискриминирующий туземцев Африки, Америки, или Европы». В результате этой его позиции, рабство полностью исчезло в Канаде к 1810 году, то есть раньше, чем во всей остальной Британской империи (к 1834 году). Для сравнения, рабство в США было отменено в 1865 году, а его российский аналог «крепостное право» – в 1861 году. Сегодня в честь лорда Симко назван город в Канаде, озера, остров, графства – и улица, на которой я живу. Конная полиция Канадского Доминиона, прообраз знаменитой Канадской Конной полиции RCMP (сформирована в 1920 году), была сформирована в 1868 году – несомненно, не без использования идей лорда Симко периода его участия в Британском Парламенте.

Круизные корабли: вид со стороны улицы Симко

В начале улицы Симко: древние могилы и иммиграционный «карантин»

Улица Симко не самая длинная в Виктории, всего полтора километра. Ее можно пройти всю пешком за 20 минут. Она пролегает почти через середину исторического района Джеймс Бей, старейшего северо-американского городского района к северу от Сан-Франциско. В этом районе находятся такие важные достопримечательности Виктории, как здание Морского вокзала (ныне ресторан и центр всемирно-известного художника-анималиста Роберта Бейтмана, 7), Королевский музей Британской Колумбии (8), Нулевая Миля канадских дорог, Рыбацкая Верфь с удивительной плавучей деревней, огромный волнорез Огден Пойнт, видимый из космоса, древняя земляная индейская насыпь и т.д. Самой же ценной с точки зрения меня, как жителя этого района, является здесь прекрасная длинная прогулочная набережная вдоль дороги Даллас, с которой открываются удивительно красивые виды на пролив Джорджия и американские горы Олимпийского хребта на другой стороне пролива.

Нумерация домов улицы Симко начинается с ее западного конца у Внутренней Гавани города и развивается на восток к историческому Бикон-Хилл парку. В самом начале улицы, рядом с местом ее пересечения с дорогой Даллас в 1995 году строители, которые готовили к застройке место под названием Кэмел Пойнт, обнаружили человеческие кости. Экспертиза выяснила, что этим костям несколько сот лет и принадлежали они индейскому мужчине. Останки были переданы индейскому племени Лекваммен, которое издавна населяло эти земли. Жители племени назвали этого мужчину Хивет и перезахоронили его останки. В 2013 и 2009 году здесь же были найдены останки еще одного индейского мужчины (Джеймс) и женщины (Слени). Они тоже были переданы современным Леквамменам для перезахоронения. Рядом с местом находки костей были установлены надгробные плиты.

Мемориальная плита на месте обнаружения древнего индейского скелета

Другой достопримечательностью начала улицы Симко является мемориальная плита, поставленная на месте, где с 1907 по 1950-е годы находилось здание Иммиграционной Службы Виктории. Через это красно-кирпичное здание должны были пройти все иммигранты, прибывавшие в Викторию в эти годы. Надпись на мемориальной плите гласит: «От иммигрантов требовалась огромная смелость, чтобы отправиться в путешествие в новую неведомую землю. В здание Иммиграционной Службы Виктории многие входили с чувством трепета, ведь здесь им предоставлялся шанс начать новую жизнь и стать частью огромной мозаики под названием «Канада». Хорошо сказано, и имеет смысл даже для меня, иммигранта 2000-х, хотя я прибыл в Викторию не через это здание, а через аэропорт в Торонто. В память о здании Иммиграционной Службы Виктории, стоящий на его месте жилой дом отделан красным кирпичем.

Иммиграционная тема в Канаде весьма популярна, на нее выделяются серьезные деньги. Например, из «Атлантического иммиграционного карантина» - 21 Пирса в Галифаксе на Атлантическом побережье Канады – сделали музей иммиграции (2). В этом смысле зданию Иммиграционного Центра в Виктории не повезло: его разрушили. Однако, место расположения Центра отмечено мемориальной плитой, и оно остается в памяти многих иммигрантов, прибывавших через него на западное побережье Северо-Американского континента в конце 19 – начале 20-го веков, и их потомков.

В окне - сплошная викториана!

Середина улицы Симко: викторианская Англия, старинные дома и русалка

Продвигаясь на восток по улице мы проходим через сохранившиеся старинные дома, многие из которых так или иначе «подают сигналы» в стиле викторианской Англии. Про британские пристрастия жителей канадской Виктории даже написана книга под говорящим названием «Более англичане, чем сами англичане. Очень социальная история Виктории» (Terry Reksten’s “More English Than the English. A Very Social History of Victoria”). Виды в окнах исторических домов начала улицы Симко подтверждают мысль о том, что многие жители района Джеймс Бей и сегодня идентифицируют себя с викторианской Англией.

Ромашковые клумбы и британский газончик у одного из жилых домов

Чудесные ухоженные газоны, аккуратно обстриженные кусты и клумбы с яркими цветами сопровождают нас на всем протяжении улицы. Они тоже несут в себе дух старой доброй Англии. Известно, что разведение садов, газонов – глубоко британская привычка. Вспоминается старый анекдот: «Американец в гостях у английского лорда задает вопрос: «Сэр, мне так понравился Ваш газон! Подскажите, как мне его сделать на ранчо в Техасе». На что лорд отвечает: «Нет ничего проще! Я дам вам семена. Вы их посеете, будете поливать регулярно, подстригать каждое утро. И через каки-нибудь 300 - 400 лет у Вас будет такой же газон!». К счастью, при должном внимании и подходящем климате чудесные клумбы и аккуратные газоны возникают и за пару лет!

Слева - картина Нэнси Руль, справа - тот же дом после реставрации

Над важным и оживленным пересечением улиц Симко и Освего господствует исторический дом Вильяма Паттона. Его нарисовала канадская художница Нэнси Руль (Nancy Ruhl), которая любит рисовать «уходящую» Викторию. На мой взгляд, дом Паттона совершенно никуда не ушел, а наоборот, значительно похорошел после реставрации и перекраски. Я его для сравнения сфотографировал, и фотография подтверждает мои слова. Этот коттедж в итальянском стиле был построен плотником-краснодеревщиком Вильямом Фрэнсисом Паттоном, выходцем из Онтарио, в 1884-1885 годах. Его фронтоны украшены арочными деревянными панелями с искусной внутренней резьбой. Бросается в глаза также мини-портик с колоннами и художественно-перфорированным ограждением. Дом производит легкое впечатление тонкой мастерской работы. Он много раз менял хозяев, в среднем раз в десять лет. До ремонта дом украшала забавная табличка «На этом месте 25 мая 1896 года ничего не произошло». Сейчас ее убрали, и вместо нее висит стандартная муниципальная табличка «Дом исторической значимости».

На перекрестке Пяти Углов

Следующее крупное пересечение – с улицей Мензиз. Здесь находится большой продуктовый магазин Thrifty Foods (тоже с элементами итальянского стиля), аптека, кофейни, банк, ликеро-водочные магазины, паб и т.д. Это оживленный и уникальный перекресток: он не четырех-, а пяти-сторонний. Его так местные и называют, перекресток Пяти Углов. На одной из сторон Пяти Углов можно увидеть симпатичную мозаичную русалку, запускающую солнечных зайчиков. Морская тематика очень популярна в этом прибрежном районе.

Окончание улицы Симко: дом Эмили Карр и Бикон-Хилл парк

После перекрестка Пяти Углов улица Симко сужается и становится односторонней. Продолжая передвигаться дальше на восток мы достигаем пересечения улиц Симко и Гавернмент (Правительственная). Здесь находится архитектурный памятник федерального значения: дом знаменитой канадской художницы и писательницы Эмили Карр (1871-1945). Этот дом был спроектирован тем же архитектором, который спроектировал знаменитый Фисгардский маяк. Об Эмили Карр я много писал в этом блоге (3, 4), а также переводил некоторые ее рассказы (5, 6). Буду, кстати, продолжать заниматься переводами из нее. Эмили Карр родилась и умерла в этом доме. На его первом этаже сейчас находится музей Эмили Карр, а руководители музея живут на втором этаже этого дома, и возможно спят в спальне, где родилась Эмили (она родилась на втором этаже).

Дом Эмили Карр

Дом несколько лет назад отремонтировали, сейчас он, судя по старинным фотографиям, выглядит лучше, чем при жизни Эмили Карр. В нем все охраняется государством, включая калитку. Я в этом музее бывал, он очень приятный, камерный. Открыт в основном только летом. Это не только музей художницы, но и того, что здесь называется Victoriana, то есть викторианского быта. Дальше вдоль по улице Симко также находится дом, в котором Эмили Карр разрисовала тотемными образами чердак. Учитывая, что ее картины стоят сегодня миллионы долларов (4), стоимость этого дома наверняка гораздо выше всех остальных окружающих домов, которые и так недешевы (от 600-700 тысяч долларов и выше).

Эта часть улицы Симко и перпендикулярно пересекающаяя ее улица Гавернмент, сто лет назад регулярно подтапливалась во время приливов океана. Эмили Карр об этом часто упоминает в своих воспоминаниях в «Книге Малышки». В конце 19-го века жители Джеймс Бея, включая самых почтенных из них (например, отца Эмили Карр, торговца и землевладельца) передвигались по этой территории по узким доскам, лежащим поверх никогда не высыхавшей грязи. В солнечные дни из-за тепла и гниения на улице стояла довольно сильная вонь, хорошо запомнившаяся Эмили Карр. По этим доскам ее папаша переходил вверх по улице Гавернмент, где у него были магазины, а также находились многочисленные пабы и дома терпимости (ныне – туристическая зона улицы Гавернмент). Эмили Карр и ее сестрам разрешалось ходить в эту часть города только с родителями и по большим праздникам (например, в Рождество, 6). Впоследствии берег океана был укреплен насыпью, грязевые дороги заасфальтированы. Ничего сейчас не напоминает о былой вони и грязи. Об уходе этой части старой Виктории я ничуть не сожалею!

Калитка дома Эмили Карр тоже имеет историческое значение!

Основным транспортом местного населения в те годы был гужевой, то есть в экипажах на лошадях. Почему-то считалось, что для таких экипажей не нужно строить широкие улицы, хотя экипаж в среднем шириной с машину, и как-то они должны были разъезжаться, когда встречались. Эмили Карр пишет, что экипажи распугивали прохожих, которым приходилось прыгать от них в грязь. Лошадиные экипажи украшенные веселыми огоньками и по сей день ездят по улицам Джеймс Бея, но сегодня это средство не передвижения, а развлечения, предназначенное для многочисленных туристов. Оно продается как «романтическая прогулка», и цены на него кусаются. Я так за свои пять лет в Джеймс Бее и не прокатился на них ни разу.

Улица Симко заканчивается пересечением с другой большой улицей под названием Даглас. Эта часть улицы Даглас является Нулевой Милей канадских дорог. Недалеко здесь стоит памятник канадскому бегуну-инвалиду из Британской Колумбии Терри Фоксу, который с протезом пробежал пол-Канады в 1980 году. Этот памятник стоит по другой стороне улицы Даглас напротив улицы Симко на территории большого и очень ухоженного Бикон-Хилл парка. Эмили Карр здесь гуляла каждый день, любила здесь рисовать. Бикон-Хилл парк был одним из первых городских публичных парков в мире: совершенно бесплатных и открытых для любой публики. Как писала Эмили Карр, на этот парк одинаковые права имели все: будь то генерал-губернатор или последний нищий. Здесь буйное цветение, природное разнообразие, чистый воздух, утки, олени, цапли, черепахи и иногда забредающие павлины хорошо настраивают на душевный отдых или создание изящного искусства, особенно если рисуешь природу. Парк этот чудесный, и я его рекомендую всем гостям Виктории в любое время года. Здесь всегда есть на что полюбоваться. А детям очень понравится Детская Ферма, где можно поиграть и пообниматься с забавными козлятами. Взрослым там тоже очень весело.

Памятник Терри Фоксу. Обратите внимание на протез!

Вот такая улица Симко, на которой я живу. Она уникальная, историческая и очень красивая. На хорошую подробную прогулку по ней и всему району Джеймс Бей можно потратить несколько дней, вместе с музеями, галереями, парком. Эта прогулка порадует вас и расскажет об исторической Виктории.

1. http://pomyslivden.blogspot.ca/2013/07/blog-post_26.html
2. http://www.pier21.ca/home
3. http://pomyslivden.blogspot.ca/2012/11/blog-post_29.html
4. http://pomyslivden.blogspot.ca/2013/12/blog-post_13.html
5. http://pomyslivden.blogspot.ca/2013/02/blog-post_28.html
6. http://pomyslivden.blogspot.ca/2013/01/1870-1880.html
7. http://pomyslivden.blogspot.ca/2013/05/blog-post_23.html
8. http://pomyslivden.blogspot.ca/2014/11/blog-post_20.html

Заблудившийся павлин

Свободную Википедию стоит поддерживать!

Чтобы Википедия не была облеплена рекламой!

Если бы не было Википедии, не было бы многих статей в этом блоге. Ее фактический материал я временами копирую, хотя чаще использую для анализа ("мыслительного процесса"). Если бы не было Википедии, мне бы пришлось обращаться к бумажным энциклопедиям в библиотеке. Это бы значительно замедлило время написания статей. В результате многое осталось бы ненаписанным. Вот так этот онлайновый ресурс способствует созданию знания в этом мире и более эффективному самовыражению. Если вы пользуетесь Википедией, призываю вас поддержать ее тоже. Это можно сделать здесь: https://donate.wikimedia.org/. Вы получите от Википедии вот такое письмо (и справку для налогов).

Здравствуйте!

Спасибо Вам за неоценимый вклад в наше общее дело, которое несет знания каждому человеку в мире.

Меня зовут Ляля Третикова, исполнительный директор Фонда Викимедиа. За прошедший год такие пожертвования, как Ваше, дали нам возможность строить энциклопедию на 287 языках и сделать её ещё более доступной во всем мире. В первую очередь мы ориентируем нашу деятельность на людей, у которых нет других путей доступа к образованию. Мы несём знания таким жителям планеты как, например, Акшайя Айенгар из города Солапур, Индия. В этом маленьком текстильном городке Википедия явилась основным источником знаний для подрастающей девочки. Акшайя закончила колледж в Индии и теперь работает специалистом по программному обеспечению в США. Она считает, что Википедия открыла ей дорогу к высшему образованию.

Эта история не единственная. Наша благородная миссия — это борьба с невежеством, предрассудками и домыслами. Многие пользователи Википедии удивляются, когда узнают, что она управляется некоммерческой организацией и обеспечивается пожертвованиями таких людей, как Вы. Полученных средств оказывается достаточно для того, чтобы постоянно наращивать этот массив человеческих знаний и поддерживать его в доступном состоянии для каждого пользователя сети Интернет. Спасибо Вам за то, что Вы помогаете нам обеспечивать эту возможность.

От имени полумиллиарда читателей Википедии, тысяч редакторов-волонтеров, и сотрудников Фонда, я благодарю Вас за поддержание Википедии и сохранение для нее возможности быть свободной от коммерциализации в этом году.

Благодарю вас,

Ляля Третикова, исполнительный директор Фонда Викимедиа