Загадки: Почему Шерлока Холмса нет на советских марках?

 

Британская марка о Шерлоке Холмсе

Одним из парадоксов поздне-советской культуры является отсутствие Шерлока Холмса на советских почтовых марках. Казалось бы, в 1970–1980-е годы этот английский детектив был одним из самых популярных литературных и экранных персонажей: многотомные издания Конан Дойля расходились огромными тиражами, сериал Игоря Масленникова с Василием Ливановым стал культовым, фразы Холмса и Ватсона мгновенно переходили в категорию народных цитат, ну а про анекдоты про Шерлока Холмса и доктора Ватсона и говорить нечего. Холмс был везде: на экране, в книжных витринах, в разговорах.

Его только не было на советских марках. 

Почему?

Вряд ли советские филателисты об этом «не думали». Я думаю, что почтовая марка в СССР была не бытовой мелочью, а идеологическим знаком, миниатюрным высказыванием государства, если хотите, памятником. Через неё советская власть показывала не то, что любят люди, а то, что должно быть предметом государственной гордости. И в эту систему координат Шерлок Холмс просто не вписывался.

Идеология в почтовых отделениях

Советская филателия была строго выверенным пространством. На марках появлялись революционеры и партийные деятели, классики отечественной и мировой литературы, учёные, полководцы, космонавты, сцены труда, спорта, борьбы за мир и т.д. Из западных писателей допускались только те, кто вписывался в советский весьма жесткий и консервативный литературный канон: Гюго, Сервантес, Бальзак. Иногда разрешались романтические образы вроде Дон Кихота или Робин Гуда.

Но детектив как жанр, тем более западный, оставался вне поля официальной репрезентации. На марках почти не появлялись герои криминальных историй вообще, даже полностью советские. Например, мы не видим марок, посвященных народным героям Жеглову и Шарапову, или их создателям братьям Вайнерам.

Причина проста: детектив означает преступление. А в идеальном коммунистическом обществе преступления это явление временное, переходное, чуждое, которое не стоит «увековечивать» на официальном государственном знаке.

Частный сыщик — идеологически опасная фигура

Шерлок Холмс — не просто гениальный детектив. Он частный детектив. Все его ключевые качества — самостоятельность, индивидуализм, недоверие к полиции и способность решать задачи лучше государства — в СССР вызывали неприятие. Советская система строилась на принципе: преступления раскрывает милиция, справедливость обеспечивает государство. Частный сыск же это буржуазный атавизм и инструмент загнивающих капиталистических отношений.

А Холмс в своей лондонской квартире на Бейкер-стрит это воплощение независимости. Он — человек, действующий вне системы, над системой, иногда даже вопреки системе. Его мир это мир частной инициативы, личной ответственности и свободного интеллектуального поиска. Такой образ был любим миллионами читателей, но совершенно невозможен на идеологической эмблеме государства.

Почему на экране Холмс был разрешён, а на марках — нет

Здесь возникает закономерный вопрос: а как же советский сериал Масленникова? Он же был официально признан, отмечен международными наградами!

Дело в том, что экранный Холмс был «осовечен». Он не совсем такой как у Конан Дойля. "Советский" Холмс стал мягче, благороднее, человечнее, ближе к образу интеллигента, почти учёного, оторванного от грязи и социальной жестокости викторианского Лондона. В советском прочтении исчезла тёмная сторона капитализма, исчезла социальная нищета лондонского Ист-Энда, растворилась тема коррупции полиции. Сериал превратился в историю о крепкой мужской дружбе, логике, наблюдательности, качествах, вполне совместимых с идеологией позднего СССР.

Но марка — не сериал. На марке нет возможности «смягчить» контекст. Она представляет персонажа как он есть, и Шерлок Холмс оставался бы на ней фигурой частного, свободного разума, не связанного с государством. Такой герой на советской марке был немыслим.

Говорящее отсутствие

И всё же интересно: отсутствие Холмса на советских марках чувствуется иногда почти физически. Это именно то молчание, которое говорит громче присутствия.

Миллионы советских читателей знали, кто такой Шерлок Холмс. Он был частью их детства и юности, частью их культурного опыта, их телевизионных вечеров. Но государственная память решила сделать вид, что его нет. Так в советской филателии образовалось странное «пустое место»: невидимое, но значимое.

У Холмса не оказалось возможности войти в официальный советский пантеон, где были ученые, революционеры, писатели. Он жил рядом — в сердцах, на экране, на книжных страницах — но не на государственном знаке, который требовал совсем иных смыслов и других героев. Если хотите, он был олицетворением "другой" жизни советского человека, подобно тому, как этот человек отдыхал на кухне после партийного собрания.

Филателисты-любители шерлокианы, которых много по всему миру, удовлетворяют свой неисчерпаемый интерес к этой теме за счет марок других стран, конечно, в первую очередь британских. Я видел целые книги посвященные шерлокиане в марках! Так что Шерлок Холмс, доктор Ватсон и их создатель Конан Дойль всегда жили на марках мира. Их отсутствие на марках СССР говорит о том, что "официальными" героями в СССР они не стали. И возможно, это и к лучшему, потому что Шерлок Холмс это олицетворение внесистемного гения своего дела.