Снова в галерее Ллойда

 

Джон Ревилл, "Дымка"

Год назад я уже писал о своем посещении художественной галереи Ллойда в Пентиктоне, Британская Колумбия. Недавно я снова оказался в этой галерее и на этот раз не только рассматривал картины, но и поговорил с ее директором. Разговор неожиданно помог мне обратить внимание на одну особенность современной живописи, которую раньше я как-то не замечал.

Меня заинтересовало, почему многие художники, представленные в галерее, используют такие яркие, почти кричащие цвета. Некоторые картины буквально светятся неоном.

Ответ директора оказался неожиданным. По ее словам, дело отчасти в... краске! Художники сейчас охотно покупают новые популярные цвета, и именно такие краски стали очень популярны в магазинах художественных материалов. Картины, написанные ими, особенно хорошо смотрятся в темных углах помещения: они словно сами становятся источниками света.

Меня заинтересовало это объяснение, хотя сначала оно показалось мне немного странным. Ведь мы говорим об Оканаганской долине, месте, где солнечного света летом бывает более чем достаточно. Зачем художнику добавлять в картину еще больше яркости?

Но потом я подумал, что картина может оказаться в доме человека, который проведет долгую канадскую зиму совсем в другом климате. И тогда яркая картина действительно может стать своеобразным лекарством от зимней серости. Не в медицинском смысле, конечно, но маленьким искусственным источником света и хорошего настроения в темную, холодную и облачную погоду.

Глядя на картины в галерее, я понял, что яркость здесь вообще не сводится к одному художественному приему. Каждый художник использует цвет по-своему.

Вот, например, пейзаж с виноградниками от Холли Дирланд. В нем нет ничего фантастического: перед нами вполне узнаваемая долина Оканаган: поля, виноградник, горы, огромное голубое небо. Но желтые, оранжевые и охристые цвета поля настолько интенсивны, что обычный солнечный день превращается почти в праздник цвета. Свободные мазки делают изображение живым и спонтанным. Художник как будто не просто изображает солнечный свет, а пытается передать ощущение местного лета.

Другая работа Джона Ревилла производит совершенно иное впечатление. Яблочное дерево на первом плане окрашено в красные и темные тона, а горы вдали - в синие и фиолетовые, и они как бы в голубоватой дымке.  Огромное пространство уходит вдаль, горы постепенно становятся все более бледными и растворяются.

Именно эта дымка неожиданно напомнила мне Оканаган, который я видел совсем недавно. Каждый год мне доводится проезжать по местам, где из-за лесных пожаров воздух наполнен дымом. Далекие горы становятся почти такими же призрачными, как на этой картине: очертания постепенно исчезает, пространство теряет четкость, а привычный пейзаж превращается в какую-то другую реальность.

Конечно, художник вовсе не обязательно имел в виду лесные пожары. Скорее всего, это обычный прием передачи атмосферной перспективы. Но зритель приносит с собой собственный опыт. Еще недавно я увидел бы здесь красивую дымку. Теперь я знаю, как выглядит даль, скрытая настоящим дымом пожаров. Картина остается той же самой, а наше восприятие ее меняется.

Но среди работ в галерее есть и совершенно другие примеры отношения к местному пейзажу. Например, картина Келли Корбетт с перепелкой, сидящей на деревянном столбе.

На первый взгляд здесь почти ничего нет: несколько столбов, проволока, деревянные перекладины и небольшая птица. Цвета тоже совсем не те, что мы видели в ярких пейзажах. Никакого неона: спокойные зеленые, коричневые и серые тона. Но именно эта простота мне и понравилась.

Перепелка оказывается главным героем картины. Она стоит на самом высоком столбе и как будто спокойно наблюдает за окружающим миром. Это не экзотическая, а обычная птица, которую можно встретить по всей Британской Колумбии.

И, кстати, я обратил внимание, что перепела появляются на картинах нескольких местных художников. Возможно, это случайность, но мне кажется, что здесь есть что-то характерное для местного искусства. Художники обращаются не только к «великой природе» окрестностей - прекрасным озерам, живописным холмам, огромным пространствам, но и к природе повседневной: к птицам, деревьям, полям, виноградникам, животным, которых человек действительно видит вокруг себя.

Именно это, пожалуй, и объединяет очень разных художников, представленных в галерее Ллойда, хотя никакого единого «стиля Lloyd Gallery» не существует. Туда интересно ходить и смотреть картины рядом друг с другом. В них один и тот же Оканаган может выглядеть совершенно по-разному.

Художник выбирает из окружающего мира то, что хочет подчеркнуть. Он может сделать солнечный день еще солнечнее, горы еще более фантастическими, даль более загадочной, а маленькую местную птицу главным персонажем картины.

Поэтому современная живопись Оканагана для меня оказалась не столько размышлением о красках, сколько о взгляде. Природа здесь одна и та же. Но художники видят ее по-разному. Зритель же - со своими воспоминаниями, своими путешествиями и даже со своим дымом от лесных пожаров - приходит и начинает видеть в этих картинах что-то уже совсем свое.