Джек Лондон и Джон Кракауэр: рассказы о выживании в экстремальных условиях
Экстремальные истории часто рассказывают не только о природе, холоде, высоте или выживании. Они рассказывают о том, ради чего человек вообще готов рисковать жизнью. В этом смысле северные рассказы Джека Лондона и книга Джона Кракауэра «В разреженном воздухе» о трагической экспедиции на Эверест 1996 года это не просто увлекательные хроники опасных приключений, а документы разных эпох, отражающие эволюцию смысла жизни.
У Джека Лондона человек умирает в снегу не только потому, что он слабее холода, но и потому, что поверил в миф о золоте. Он бросает всё и идет на край света ради надежды на богатство и новую жизнь. Его толкает страх нищеты, мечта о социальном рывке, желание вырваться из тупика. Риск здесь это не прихоть, а ставка на спасение: либо ты изменишь свою судьбу, либо ты умрешь в нищете.
Герои Лондона стремятся к материальному спасению. Их смысл жизни: выжить, вырваться, обеспечить семью, перестать быть никем. У Кракауэра люди гибнут на Эвересте уже в совсем иной реальности. Это не бедняки и не отчаявшиеся искатели последнего шанса. Это люди с деньгами, комфортом, профессией, социальным статусом. Их ведёт не нужда, а жажда переживания, желание доказать себе и миру, что их жизнь имеет вес и смысл. Они платят огромные суммы не за выживание, а за право сказать: «моя жизнь прожита не зря, потому что я поднялся на вершину мира».
У Кракауэра смерть выглядит иначе, чем у Лондона. Она становится моральной катастрофой, поводом для споров, обвинений, самооправданий. Здесь трагедия уже не только природная, но и социальная: вина, коммерциализация риска, лидерские ошибки, давление амбиций, рынок экстремального опыта.
Золото и смысл жизни
Золото начала XX века сменилось "золотом" XXI: острыми ощущениями, символическим подвигом, исключительным опытом. Если раньше человек рисковал жизнью ради материального будущего, то теперь он рискует ею ради экзистенциального оправдания настоящего. Валюта смысла изменилась: вместо слитков сильные эмоции, вместо богатства потрясающая история о себе.
Смысл жизни в наше время сместился от необходимости к символу. Раньше вопрос звучал так: «Как мне выбраться из бедности?» Теперь он звучит иначе: «Зачем мне жить, если всё уже есть?» Герои Лондона бегут от материальной пустоты. Герои Кракауэра - от экзистенциальной пустоты.
И в том, и в другом случае человек отправляется на край света, потому что обычная жизнь кажется недостаточной. Разница лишь в том, что раньше пустота была внешней: отсутствие денег, статуса, будущего. Теперь она стала внутренней: отсутствие смысла, исключительности, оправдания собственного существования.
Эверест в этом контексте становится современным Клондайком. Но добывают там не драгоценный металл, а подтверждение собственной значимости. Восхождение превращается в товар, а риск - в услугу. Современный человек покупает не золото и не землю, а переживание предела, Смысл жизни может быть сегодня в прямом смысле сертификатом, подтверждающим уникальный и сложный опыт.
Нескончаемые поиски смысла жизни
Достоевский однажды сказал: тайна человеческого существования заключается не просто в том, чтобы оставаться в живых, а в том, чтобы найти то, ради чего стоит жить. Нахождение этого «ради чего» даёт человеку опору. Оно придаёт нашим страданиям смысл и направляет наши усилия как внутренний компас. Оно помогает выносить страдания, потому что страдание ради чего-то переносимо, тогда как бессмысленное страдание это пытка. Как Достоевский знал по собственной жизни, человек, у которого есть своё «зачем», способен выдержать почти любое «как».
При всей разнице эпох, сегодня ответ на вопрос "зачем" остается одним и тем же. Человек по-прежнему готов платить жизнью за миф, который обещает оправдать его существование. Меняются декорации, технологии, ценности, но неизменным остаётся жгучее желание избежать муки и обрести этот смысл: вовне, в деньгах, в подвиге, в вершине, в истории о себе.
Если у Джека Лондона человек умирает в снегу, потому что он слабее холода, то у Кракауэра человек гибнет в разреженном воздухе, потому что он оказался слабее собственного стремления доказать, что его жизнь имеет значение. От борьбы за хлеб мы пришли к борьбе за смысл, и эта борьба оказывается не менее опасной.
Желание покорить самую высокую гору мира само по себе безобидно, ведь если кто от него и пострадает, то только сам желающий. Ничего противозаконного в этом желании нет. Недавние громкие разоблачения, связанные с открытием "файлов Эпштейна", показывают, что некоторые богатые люди сегодня ищут смысл жизни в совершенно другой юридической плоскости, а именно, в зловещих и преступных деяниях.
